Тактическая медицина. Обретение опыта клинической деятельности во внебольничных условиях - Портал о скорой помощи и медицине
Напишите нам

Поиск по сайту

“Медицину должно соединять с

мудростью..., а искомый к мудрости

путь для решительных людей легок,

ибо ведет к правде, к которой всё

приложится”. (М.А.Мудров)

В настоящих заметках я попытался отразить впечатления от встреч с профессором Борисом Павловичем Кушелевским, свое восприятие масштабности и обаяния личности дорогого Учителя - с позиций 45-летнего врачебного опыта. Хотя, как понятно, эту задачу безукоризненно выполнить нелегко...

Мне выпала редкая возможность стать одним из учеников выдающегося клинициста нашего времени и непосредственно общаться с ним на протяжении 17 лет (1959-1976). Борис Павлович - один из тех немногих людей, с которыми меня близко свела жизнь, чье влияние смолоду на формирование человеческих и врачебных качеств, выбор профессии кардиолога - бесспорно и неоценимо.

Правда, в выборе профессии, задолго до встречи с Борисом Павловичем, были колебания. Так, в студенческие годы, начиная с 4 курса и до окончания ВУЗа (1956 г.), я намеревался стать травматологом (под влиянием встреч с научным сотрудником ВОСХИТО В.И. Фишкиным, одаренным и ярким человеком). Затем, общим хирургом, экспериментатором под влиянием проф. СГМИ А.Н. Скобуновой. В кружке на кафедре оперативной хирургии под её руководством я выполнил и 1-ю научную студенческую работу: «Сравнительная характеристика оперативных методов при резекции щитовидной железы» (экспериментальная работа). Так я стал автором первой в своей жизни печатной работы (опубликована во Всесоюзном сборнике студенческих научных работ-М, 1956 г.)…

Здесь речь пойдет об уроках Учителя, которые можно назвать уроками мудрости, их усвоении учеником и мере отдачи - умении претворить его научные замыслы, клинические и этические принципы во врачебной практике, находясь в разных жизненных ситуациях.

Наиболее интенсивное усвоение уроков мэтра относится к периоду общения с ним на фоне нового этапа развития терапевтической науки и практики - выделения кардиологии и оформления ее в самостоятельный раздел медицины (конец 50-х - начало 60-х годов) и развитие неотложной кардиологии. Именно тогда (1959 г.) в круг научных интересов Бориса Павловича надолго и прочно вошла “скорая медицинская помощь” (СМП) - раздел ургентной медицины, ранее всегда ускользавший из поля зрения клиницистов, и потому мало известный прежде (и недостаточно изученный до сих пор!).

Идея одного из крупнейших кардиологов страны - организация специализированных кардиологических бригад и ее осуществление на практике, явившись мощным толчком, - привела к коренным качественным изменениям в развитии всей ургентной медицины как догоспитального, так и госпитального звена здравоохранения.

Процесс формирования основополагающих взглядов автора на врачевание, освоения методов научного анализа врачебной деятельности и навыков организационного характера, необходимых для внедрения полученных результатов в практику СМП, - в указанный период происходил под воздействием непосредственных встреч с Борисом Павловичем, включая:

  • - организацию кардиологических бригад, становление специализированной кардиологической службы скорой помощи (1959-1965) и заведование специализированной подстанцией;
  • - клиническую ординатуру на кафедре факультетской терапии СГМИ (1960-1962);
  • - заочную аспирантуру (1964-1968);
  • - защиту диссертации на соискание научной степени кандидата медицинских наук (1969).

Причастность к описываемым событиям, а главное соприкосновение с одной из ведущих в стране терапевтических клиник и ее руководителем - авторитетным ученым и многоопытным человеком, делали свое преобразующее дело.

Впоследствии, на протяжении всей своей врачебной жизни, я остался верен 2-м ипостасям: организаторской деятельности и врачеванию (со склонностью к научному анализу в той и другой области, привитой мне Борисом Павловичем).

Профессор был требовательным человеком, но в то же время наблюдательным и тонким психологом. Его педагогика проявлялась в ненавязчивой (подчас незаметной для ученика) манере. Влияние происходило не только (и не столько) через слова, сколько через поступки, конкретные дела. Важную роль в этом отношении для меня, например (да думаю, что и для других врачей кардиологических бригад), сыграло клиническое направление, положенное в основу работы первых кардиологических бригад и ставшее впоследствии отличительной чертой (стилем) не только специализированной службы (СПС), но и в работе всей станции скорой медицинской помощи г.Свердловска -Екатеринбурга. Суть клинического стиля работы СМП заключается прежде всего: в профессионализме, подходе с таких позиций ко всей проблеме оказания экстренной медицинской помощи на догоспитальном этапе (ДГЭ), в осуществлении (впервые в медицинской практике) клинической деятельности врачей (в доступном объеме) во внебольничных условиях, а также умении - анализировать и обобщать накопленные врачебные наблюдения.

Конечно, перечисленные признаки клинического стиля профессора Б.П.Кушелевского, которые несет в себе каждый из нас, непосредственных его учеников, приобретались и “выплавлялись в клиническом котле” в период учебы и работы на кафедре факультетской терапии в ординатуре, через которую прошли все врачи кардиологи СМП первой плеяды 60-х годов (В.И.Белокриницкий, Е.Н.Спирина, С.И.Масевич-Плотникова и пишущий эти строки). Помимо клинического мышления начинающим врачам прививались неотъемлемые для такого поприща качества: высокая ответственность за судьбу больного, продуманность и обоснованность лечебных назначений. Особой скрупулезности, терпения и точности требовала терапия антикоагулянтами и, особенно, контроль за состоянием показателей свертывающей системы крови. Врач не мог уйти домой, не дождавшись исследования протромбинового индекса (ПТИ). Активную помощь в клиническом развитии помимо профессора, мы получали от прикрепленных к нам молодых ассистентов: И.М.Хейнонена, А.Н.Кокосова и Е.Д.Рождественской. Об этих “протромбиновых бдениях” я вспомнил позднее в г.Томске (когда работал там ассистентом в клинике госпитальной терапии № 2), оказавшись свидетелем смерти больной от лампасной нагноившейся гематомы - как осложнения небрежно контролируемой (и неадекватно дозируемой) врачом антикаогулянтной терапии.

Имея возможность на дежурствах, а потом в палате наблюдать больных доставленных по “скорой“ мной самим или коллегой, я получал представление о несовпадении клинической картины в разные периоды болезни на догоспитальном этапе и в клинике. На обходах Борис Павлович, анализируя такие случаи, обращал внимание на особенности течения и диагностики неотложных заболеваний в “остроприступном периоде” (его термин). 20 лет спустя, пользуясь синтетическим методом Учителя, на основании 40-летнего опыта изучения проблем ургентной медицины на догоспитальном этапе, мне удалось разработать и отразить в 4-х монографиях (3-х из них в соавторстве)вопросы организации тактики выездных бригад СМП и основные особенности диагностики жизнеопасных заболеваний на ДГЭ в их начальной стадии (с разработкой универсальных алгоритмов) (1991, 1996, 2001). Монография “Проблемы тактики на догоспитальном этапе. Диагностические и тактические ошибки” (3-е издание, 1996) - посвящена дорогому Учителю.

Борис Павлович, как дальновидный ученый, обладал уникальными качествами: даром предвидения, умением решить, казалось бы неразрешимую проблему, уловив лишь тенденцию развития того или иного явления. Именно так, в начале нашей совместной работы по организации кардиологических бригад, были найдены верные пути решения ряда неизученных проблем лечебно-диагностического и организационного плана.

И еще об одном замечательном качестве профессора. Он принадлежал к тем немногим, кто умел преодолевать консерватизм взглядов (в том числе и свой), отбросить живучий предрассудок или укоренившуюся догму. Причем, не исключалась возможность для врача равноправного участия в споре с профессором, имея собственное мнение и даже право на апробацию предложенного нетрадиционного лечебно-диагностического метода. Борису Павловичу явно импонировали такие качества начинающих исследователей, как инициативность, смелость и аргументированное упорство в отстаивании своего мнения, идеи. Своеобразная “метода” пестования учеников и состояла из перечисленных компонентов. Говоря о благожелательном отношении профессора к молодым коллегам, уместно вспомнить о проведении в 1966 г. в г.Свердловске Всесоюзного конкурса-симпозиума молодых ученых - “Артериальные тромбозы и эмболии”. Борис Павлович (вместе с профессорами Д.Г.Шефером, А.Т.Лидским, В.Н.Климовым) не только безоговорочно поддержал полезное начинание городского Совета Молодых Ученых (инициативную группу возглавляли врачи специализированных бригад СМП), но был активным участником симпозиума. Сидя за столом президиума, он в качестве сопредседателя наблюдал за ходом дискуссии, помогая мне, молодому председателю, впервые самостоятельно вести секционное заседание.

Примечание. Состав оргкомитета. Конкурса – симпозиума молодых учёных «Артериальные тромбозы и эмболии» 16-19 ноября 1966 г., Свердловск: Фиалко В.А. – председатель; Хорьяков Г.И. – секретарь; Мокеров И.П. – зав. горздравотделом, кандидат медицинских наук; Климов В.Н. – ректор СГМИ, доцент; Кушелевский Б.П. – зав. кафедрой факультетской терапии, заслуженный деятель науки РСФСР; Шефер Д.Г. – зав. клиникой нервных болезней и нейрохирургии, заслуженный деятель науки РСФСР; Лидский А.Т. – член-корреспондент АМН СССР; Шкребнев Ю.В. – секретарь ГК ВЛКСМ; Балакирев В.Ф. – председатель городского совета молодых научных работников, кандидат тех. наук; Рождественская Е.Д. – ассистент кафедры факультет терапии, кандидат медицинских наук; Штуц В.Н. – зав. отделом медицины городского совета молодых научных работников.

Работая над заметками, в одной из своих записных книжек я нашел одно интересное высказывание. “Надо не видеть интригу, “противовес” в инакомыслящих или инако подходящих к делу, а ценить самостоятельных людей” (В.Ленин). В приведенной цитате меня поразило сходство подхода Б.П.Кушелевского к оценке поступков людей в подобных ситуациях.

Назад в раздел

 

Добавить комментарий

Тесты для врачей

Наши партнеры