ШИНЕЛЬ

К 40-лстнему юбилею создания лечебно-контрольной комиссии ССМП (ЛКК-ЛЭК), Екатеринбург

Из «Скорой» можно уйти, «но выбросить ее из головы - нельзя» Врач В. В. Василевский

Пролог

Вышли мы все из суровой шинели

И на арены, и на панели...

Здесь собралась часть экспертов полка -

Выходцев славных из недр ЛКК.

Эх! Мелочиться не в нашей натуре

Кто побывал в той шагреневой шкуре,

Что называется ЛЭК (ЛКК),

Сразу хватает быка за рога!

Что же творится на самом-то деле?

Парни из «скорой» уже завладели

Всем злопыхателям жалким назло:

ТФОМСом, Энричем, Думой, ДЗО.

Как это было

Можно теперь рассказать уже смело:

Как начиналось «экспертное дело»

И расставляло коварные сети

На берегах полноводной Исети.

Шили «шинель», как толкует поверье,

Мастер-портной и его подмастерье...

Как-то в средине двадцатого века

Встретились в «скорой» два человека:

Мудрый Владимир и рыженький Вовка,

Тезки работали споро и ловко.

Всю диагностику вздумали Вовы

Взять под контроль на падежной основе:

По образцу ленинградской «ЧК»,

Службу скроили они павека.

Нынешним мыслится прошлое просто:

«Меньше бригад ну раз, этак то во сто,

За чашкою чая - решенье проблем,

И катится все как по маслу затем...»

Ответ на поверхностный взгляд и намек:

Прошлое «скорой» - не рай, а «раек»*.

Представьте избу из пяти комнатушек -

Гвалт, а не шум - пали хоть из пушек,

Никто не оглянется и не поймет...

Смог папиросный под крышей плывет.

Утром толкучка - к двери не пробиться,

К диспетчерской вовсе не просочиться,

Днем в перерывах стучит домино,

Режутся ночью в «двадцать одно».

Счастливчики спят как попало,

вповалку На топчанах, на столах, на каталках,

Кто-то в угаре, эстетике чужд,

Украдкой использует фикус для нужд...

Картина, достойная кисти Лотрека,

Лучше никто б не сумел написать Сцену:

«Ночлежка двадцатого века»,

И это о «скорой» - легко ли сказать.

Было б большою ошибкой, кстати,

Не вспомнить, хоть словом, о «скоровском» штате

Сейчас совершим исторический тур

В страну экзотических лиц и фигур.

В то время морали и взглядов суровых,

Время ханжей, восхваленья химер,

Ссылку врачей устроили в «скорой»

Другим в назиданье, как яркий пример.

Отряд «неотложки» выглядел пестро -

Кадровый сказался здесь остро.

Фигур колоритных - хоть отбавляй.

Врачей поставляли Харбин и Шанхай,

За аморалку ссылали людей, Зеков,

отпущенных из лагерей.

И среди этого моря седых -

Несколько медиков молодых.

Так началась экспертизы закладка.

Первым экспертам пришлось тут несладко

У кабинета, где шла ЛКК,

Пыль поднималась до потолка.

Страсти кипели, хлопали двери,

Гневно неслось нам: «Не люди, а звери!»

Клиент и эксперты в яром запале

Свои отношения выясняли.

Крадучись, словно в звериную клетку,

Дверь открывала худая брюнетка,

К бою готовилась полная дама,

Чтоб рыжего стукнуть большим чемоданом...

Ошибки текли бесконечным потоком.

Вначале трудились эксперты все скопом,

С трудом разбирались они в почерках:

Карты писались тогда кое-как.

Вот вам образчик такого писания:

Доктор однажды (в прошлом прораб)

Формулу вывел диагноза в карте:

«С базара пришел, снял тулуп и ослаб»,

Умер в итоге мужик - от инфаркта!

Эпилог

Позднее уже разделились специальности:

«Эксперт по вопросам досрочной летальности»,

«Эксперт-методист по абортам», «сексолог»,

Недавно еще появился - «эролог».

Можно теперь заявить уже смело:

Заметно окрепло экспертное дело,

Расставило всюду намокшие сети

На берегах обмелевшей Исети,

...Вышли мы все из суровой шинели,

В жизни устроились все как сумели

Слава надежным служакам полка,

Что называется «ЛЭК-ЛКК!»